Высокая вода

  Дождь лил не переставая… Водитель такси, куда мы с моим мужем сели в спортивной экипировке, посмотрел на нас с долей недоверия. Оно усилилось, когда водитель услышал, что едем в колледж. Половина седьмого утра. «Мы в поход», — как бы извиняясь, сказал Денис. Водитель сделал вид, что все нормально. Это он еще не знал, что поход – водный…

Традиция – в основе всего

Традиция ходить в поход на байдарках появилась в колледже больше 20 лет назад благодаря Виктору Ивановичу Никитину, который работает там преподавателем и когда-то вел секцию водного туризма. Вместе со студентами по рекам сплавлялись и преподаватели, которые продолжали поддерживать эту традицию даже после того, как меняли место работы. С годами в команду Никитина влились и другие туристы: его друзья и хорошие знакомые. Они заранее планировали отпуска с учетом этого похода, который, как правило, приходился на середину июля — неделю до Дня города. В этом году, поскольку праздник состоялся чуть раньше, выезд назначили на 10 июля – и я, например, успевала подготовить и сдать в номер все положенные материалы. А посему у меня появился шанс пойти в этот поход вместе с мужем, тем более, что все те 10 лет, которые он ежегодно сплавлялся с Виктором Ивановичем, Денис звал меня с собой. Все эти годы меня сдерживал еще один фактор – я боюсь глубины. Если чувствую ногами дно – поплыву без проблем, но на глубину добровольно не поплыву никогда. «Да че там Нерль! — махнул рукой Денис. — По шейку всю от берега до берега перейдешь!» Это меня вдохновило и я купила новый купальник – специально для похода. Оставалось еще одно небольшое обстоятельство – погода. Вся страна жила надеждой на теплый июль. В День города мы с коллегами работали на празднике в куртках и пальто, в сырой обуви. Дождь, если кто помнит, принимался без конца. Не сильно улучшилась погода в воскресенье, ну, а про утро понедельника вы уже прочитали выше…

О мужественных женщинах и ловких мужчинах

Поскольку традиционным местом отправки группы был колледж, с годами ничего не поменялось — именно сюда накануне выезда участники похода привозят свое снаряжение и байдарки, а утром уже собираются налегке.
…Около колледжа нас ждет практически вся группа, в том числе, как выяснилось, овчарик Джек. Он миролюбивый, но строго охраняет хозяев – молодую пару Таню и Диму. Джек идет в водный поход в четвертый раз. Смотрю на него с уважением. А Виктор Иванович Никитин с нескрываемой радостью смотрит на каждого из нас. Этот легендарный человек вообще заслуживает отдельного большого материала – и как замечательный педагог, и как надежный друг, и как увлеченный турист. А пока могу себе позволить лишь небольшие зарисовки.
Мне кажется, что Виктор Иванович во время погрузки не ходит от спортзала до автобуса, а летает. Он просто светится от предвкушения предстоящего приключения – вместо солнца, которое скрывают плотные дождевые облака. Я сразу обращаю внимание, как Виктор Иванович любит обращаться ко всем уменьшительно-ласкательно: Верунчик, Димочка, Дениска… «Леночка! Вот мужественная женщина!» — с улыбкой обращается он и ко мне, жмет мою руку, а я кидаю взгляд на спасжилет, заботливо припасенный для меня мужем. Для меня наличие в гардеробе этого предмета сейчас перекрывает наличие любого мужества в душе. Тем более, что с редакцией «КВ» мы ходили в походы в самые разные погодные условия и не считали это особым мужеством.
И вот погрузка завершена, автобус трогается. Кто-то дремлет, кто-то общается – с некоторыми туристами участники группы видятся только во время этого похода – например, с бывшим преподавателем колледжа Александром Евгеньевичем Богдановым, который живет во Владимире и приезжает в Кольчугино очень редко. Полтора часа – и мы в Лучках, которые встречают нас все тем же дождем, но уже с намеками на небольшие просветы: клочки голубого неба дразнят нас из-за серо-сизых туч. Нам предстоит первая сложная работа – разгрузить автобус и перетаскать свои вещи на берег Нерли, под мост. Приходится это делать прямо под дождем. Бывалые туристы сразу надевают дождевики, меняют обувь, но дождь упорно проникает в рукава, мочит брюки, волосы… В такой сырости мне, например, как-то даже не хочется смотреть на Нерль, но мужчины профессионально оценивают реку: вода высокая, темная, течение сильное… Ни то, ни другое, ни третье меня не приободряет. А у мужчин начинается сбор байдарок. Надо сказать, что этот процесс похож на священное таинство. Достаются мешки и мешочки, мелькают многочисленные трубочки, что-то подстукивается и подкручивается, то и дело слышится: «кости», «шкуры», «шпангоуты»… На моих глазах строятся изящные металлические скелеты, которые ловко вставляются в гладкие шкуры, и вот уже на берегу, прижавшись друг к другу, выстроились четыре «Тайменя» и один «Салют», в которой мы поплывем с моим мужем. Словно от радости, что сборы закончились, выглянуло солнышко, мигом разогрело воздух, высушило дождевики. И как кстати пришелся небольшой перекус, приготовленный женщинами. Впрочем, отчего же небольшой: тут вам и пицца, и сало, и овощи, и зелень… И все это так быстро собралось на импровизированном столе-клеенке, что мужчины только успевали удивляться, а потом всех удивил Денис: принес новенький раскладной столик – специально для таких перекусов. Купил специально перед походом в магазине «Декатлон». Я тоже удивилась.
…Вкусный перекус никак не кончается. Люди говорят о том, что они чувствуют перед отплытием. Вера Сергеевна Горшкова отправляется в этот поход 26-й раз. И это тоже в определенном смысле мужество: откладывать в разгар лета все дела, в том числе и огородные, и тратить свой отпуск на такие путешествия, не всегда совершаемые в хорошую погоду. Вот и сейчас солнце опять спряталось, а на горизонте показалась темная туча. «Пора», — командует Виктор Иванович, и остатки перекуса разбираются по экипажам. «Да ты не переживай, — успокаивает то ли меня, то ли себя заядлый шутник и всеобщий любимец Александр Богданов, — переходов у нас мало, а вот перекусов – много…»

Оверкиль

Отчаливаем по очереди, мы – самые последние. На моих ногах – огромные сапоги из ЭВА, которые муж заставил меня надеть во время дождя. С трудом протискиваю их в нос байдарки и чувствую себя прямо замурованной в этом носу. Тревожная мысль о том, что не смогу, если что, быстро вытащить ноги, просто не идет из головы. В левой протоке, по которой было решено идти, прямо перед нами – склоненное над водой дерево. В обычные времена байдарки легко проходили под ним, но высокая вода сделала его настоящим препятствием. Инстинктивно чувствую, что надо делать ноги от этого дерева, но у байдарки ног нет, мои ноги замурованы, а есть только весла и муж, который чего-то там командует за моей спиной. Это потом нам объяснили, что надо было проходить это место у самого берега – там дерево делает высокий изгиб и течение меньше. Но мы попытались обойти дерево справа и попали на самое сильное течение. Наверное, опытный экипаж сумел бы застопорить байдарку, отгрести и уйти от этого течения. Опытный – но не наш. Течение развернуло байдарку и прямо под деревом перевернуло. Я плохо помню этот момент. Помню – я уже в воде, муж вытаскивает меня из этого злополучного носа, сыро и холодно. К счастью, наша группа далеко не отплыла, ждет нас прямо за небольшим островком, к которому мы движемся по воде и тащим за собой наполненную водой байдарку. А не отплыла, потому что перед нами у дерева перевернулась еще одна байдарка – с Димой, Таней и Джеком. Ребятам уже помогли, они перебирают вещи, по-новой укладываются. Мы тоже пытаемся начать жить сначала. Как нарочно, начинается дождь и гроза. «И снизу лед, и сверху – маюсь между…» — написал когда-то Владимир Высоцкий. У меня и снизу, и сверху, и внутри – холодная вода. Выливаю, наверное, по ведру из каждого сапога. Уложить вещи на байдарку Денису помогает Николай Алексеевич Бранчуков, остальные ждут поодаль в байдарках. Нас заставляют переодеваться. Особого смысла не вижу, но подчиняюсь, благо в гермомешке вещи сохранились сухими. Быстро переодеваю верх, снимаю сырые и тяжелые брюки и остаюсь в мокрых трусах. «Снимай трусы!» — кричат мне чуть ли не все экипажи. Я вхожу в полный ступор – это как? Перед всеми? «Снимай трусы!» — настаивает муж. «Снимай трусы!» — гремит над моей головой гром. «Снимай трусы!» — вторит ему раскладной столик из «Декатлона», навеки похороненный на дне Нерли. «Мы отвернемся!» — как последний аргумент звучит из какой-то байдарки.
…В сухих трусах мне становится гораздо лучше, но элементы шока в моем поведении, наверняка, просматриваются. Денис, правда, так и остается в сырых трусах, просто накидывает сверху дождевик. Мы усаживаемся в байдарку, на дне которой еще стоит лужа. Надо отправляться в путь. Слава Богу, активно выглядывает солнце и греет достаточно сильно. Я согреваюсь. Хотя губы, как неоднократно повторяет Денис, у меня синие.

Переход

Я много раз слышала, какие красивые виды открываются по берегам Нерли – теперь убеждаюсь в этом сама. Действительно, природа здесь потрясающая. И это даже с учетом высокой воды, которая скрыла и красивые песчаные отмели, и плантации водяных лилий и кувшинок… То пологие, то обрывистые и высокие берега Нерли устилают заросли пряных трав, аромат которых мы чувствуем даже на середине реки. Часто к берегам подступают сосновые рощи – и тогда вообще хочется дышать каждой клеточкой, набираться лечебного, пьянящего аромата…
А вот и первый перекус – причаливаем к бывшей когда-то песчаной отмели. Разгуляться особо негде, но можно размять ноги, скушать бутерброд. Мы с Денисом кружкой вычерпываем из байдарки воду. Народ активно обсуждает оверкили, все подбадривают. Джек лежит под пленкой на специально приспособленной в байдарке доске и лениво наблюдает за летающими бабочками и стрекозами. Солнце греет все сильнее, но периодически прячется за взбитые в белую плотную пену облака. Главное – чтобы не было дождя, воды сверху на сегодня хватит.
Следующую остановку делаем на месте, где в Нерль впадает Селекша. Это традиционное место купания. Здесь, правда, тоже затопило все отмели. Но есть возможность пройтись по берегу. Это обстоятельство очень радует Джека, который с надеждой носит в зубах любимую игрушку – пуллер. Правда, долго погулять у нас не получается – после небольшого купания (вода, говорят, очень холодная!) отправляемся дальше.
Впереди у нас первое препятствие – плотина. Она давно не действует, и в обычные времена представляет опасность для байдарочников из-за торчащих из воды бревен. Но сейчас высокая вода, и появилась возможность пройти плотину близко у берега, что мы и делаем. Звучит предложение сделать остановку за плотиной и попить чая. Все поддерживают, высаживаются, но, увы, костер развести не получается – дрова в кострище сырые, гореть не хотят. Раздобыть сухие дрова на берегу тоже не получается. А посему Виктор Иванович принимает решение чай отменить, собраться силами и сделать последний на сегодня рывок до места ночевки. Все поддерживают и отправляются в путь.

И вновь – сюрпризы погоды

Вообще, места стоянок туристов на Нерли – это особые территории. Здесь обязательно установлены столы, скамейки, сделаны каркасы для навесов, порой даже заготовлены дрова. Стоянки как правило обустраиваются в сосновых лесах, среди мягких мхов и ягодников – очевидно, чтобы туристам мягко спалось и сладко елось…
Приблизившись к такой стоянке и уже мечтая о гречке с тушенкой, мы видим, что стоянка занята московскими туристами. «И здесь они…» — только и остается нам повздыхать и отправиться дальше. К счастью, следующая стоянка не так далеко от этой, и она оказывается свободной. Причаливаем, и начинается длительный процесс выгрузки и перетаскивания вещей на стоянку, которая расположена в лесу, на высоком берегу. Поскольку небо не выглядит спокойным, поторапливаемся.
В очередной раз удивляюсь, насколько слаженно работает команда Виктора Ивановича: все помогают друг другу, из рук в руки переходят котелки, топоры, посуда… И вот уже установлены палатки, ярко горит костер, а на нем вот-вот закипит водица из Нерли – для желанной каши. У нас с Денисом еще одна большая забота – развесить на веревке нашу намокшую одежду, а ее очень много.
Пока разбираю вещи в палатке, слышу, как начался дождь. «Ну вот, опять», — только и мелькнуло в голове, а дождь начинает усиливаться и вот уже так сильно барабанит по палатке, что становится жутко. Оказывается, это град. Он чуть не прорвал наши палатки, затушил костер, устлал траву… Я не говорю уже о нашей сохнувшей на веревке одежде…
Когда дождь стихает, все опять собираются у костра. Опять добывается огонь, доваривается каша. Сыро, холодно, грустно. И очень хочется, чтобы завтра утром небо прояснилось…

Встреча с гадюкой

Утром, едва открываем глаза, всматриваемся в потолок палатки – хочется думать, что там, за «стенами», солнечное утро. Но пока видны лишь силуэты муравьев и клещей, ползающих по палатке с другой стороны.
…А солнце все-таки вышло! Небо голубое, на нем ни облачка. Тепло!!! На костре закипел чай, дежурные готовят картошку с тушенкой! Жизнь налаживается! Умывание на реке придает бодрости и сил, а они нам понадобятся, ведь прямо после завтрака нам предстоит опять свернуть наш лагерь, собрать палатки, упаковать вещи и перетаскать их к воде.
Все происходит опять слаженно и оперативно. Традиционные подбадривания Виктора Ивановича как нельзя кстати. «День будет жаркий», — прогнозируют все и оставляют на себе только легкую одежду. Наша байдарка готова к отплытию одной из первых. Я занимаю свое место, и Денис отчаливает меня от места причала, прижимая байдарку плотно к берегу, чтобы можно было спустить на воду другие байдарки. Я безмятежно вдыхаю ароматы прибрежных трав и рассматриваю голубых стрекоз. Вдруг мой взгляд замечает странный объект, похожий на черную скрученную веревку. Змея! Она лежит прямо перед моим носом и вот-вот поднимет на меня свою голову, на которой, кстати, я не замечаю никакого желтого пятнышка. «Денис, кажется, здесь гадюка», — шепчу я и показываю ему на берег одними глазами. «Да брось, это ужик», — говорит муж и всматривается в траву. Отсутствие желтого пятнышка, видимо, тоже убеждает его кое в чем, и Денис аккуратно отчаливает от берега байдарку, в которой сижу я в полуобморочном состоянии.

Ты неси меня, река…

Теперь нас всех ожидает большой переход до деревни Новая, на пути придется преодолеть два больших препятствия – плотину в Мирславле и мост. Но они ждут нас практически в самом конце, а пока – все та же Нерль, с ее изгибами и отражающимся в водной глади небом. Сильное течение позволяет нам расслабиться – люди почти не гребут, Нерль плавно и бережно несет нас по течению, дает возможность пообщаться, даже потравить анекдоты. Солнце палит беспощадно, хотя температура чуть выше двадцати градусов, и я представляю себе, как тяжело грести, когда под тридцать. Даже на Джека надели панаму камуфляжного цвета, но от этого он не выглядит более мужественно, а похож на «старую барыню на вате». Женщины, пользуясь возможностью, загорают. То из одной байдарки, то из другой слышится пение. Особенно приятно слушать Виктора Ивановича – теперь я понимаю, откуда у Никитиных столько талантливых исполнителей в роду. «Несет меня течение…», «Ты неси меня, река…» — репертуар потрясающий и в самую тему.
В обед решаем причалить к берегу – сварить супчика из консервов. Сказано – сделано. Как всегда быстро и вкусно. Ароматный чай из котелка с карамельками тоже кстати. И вновь – на воду. Ближе к Мирславлю начинают попадаться населенный пункты — Быстри, Мышкино. Проходим места, которые раньше доставляли неприятности – торчащий из воды большой камень, небольшой порог… Сейчас все это скрыто под высокой водой. Проходим место впадения реки Ухтомы – здесь тоже сплошной разлив.
А вот и Мирславль. Читала, что в средневековье здесь существовало городище, так что Мирславлю более 1000 лет! Упоминания о селе датируются 18 веком, тогда же был построен ныне не действующий храм Николая Чудотворца. Этот храм, а еще полуразрушенное здание гидроэлектростанции — два местных знаковых сооружения. Правда, первый признак Мирславля все-таки шум плотины, он раздается на большое расстояние, особенно, когда уровень воды падает, и она падает меж уродливых разрушенных деревянных балок. Говорят, порой этот перепад составляет метра три. Но не в этом году – звучат предположения, что обносить плотину не придется. Мне все равно очень страшно – можно представить, с какой силой потащит Нерль хрупкую байдарку прямо на смертоносные балки… Но наши мужчины не рискуют, сначала высаживают женщин, чтобы мы прошли берегом, а затем сами осторожно проходят плотину справа. Это обстоятельство они потом будут долго вспоминать, ведь за столько лет ни разу плотина не покорялась туристам.
А вот мост, который, наоборот, всегда был местом опасным, но проходимым, на этот раз над туристами подшутил: вода подошла практически под деревянный настил. И обносить его пришлось. Кстати, мост расположен уже в другом населенном пункте – деревне Новая. Это конечный пункт нашего путешествия: небольшой рывок – и мы у места трехдневной стоянки.

Наедине с природой

Задумывалась такая длинная стоянка не просто так: обычно в это время активно спеет черника, и все участники похода запасаются сахарным песком, чтобы заготовить ягоды и довести их домой. В былые годы женщины даже умудрялись варить на костре пятиминутку. В былые, но не в этот. Земляники лесной – нет, земляники луговой (мы ее называем бобляника) – нет, черники – нет. Ягоды начинают зреть только-только. А сахарный песок в пластиковых бутылках так и остается в рюкзаках и мешках.
Место нашей стоянки – как раз такое, о котором я рассказывала выше. Сосновый лес, стол, лавочки… Разбиваем лагерь – оказывается, у многих тут уже свои излюбленные местечки для палаток. Мы ставим свою на самое продуваемое место, нам надо наконец-то высушить два больших пакета мокрой одежды. Мужчины тщательно крепят на каркас для навеса бэушную пленку от баннера. И в этой работе нет равных Николаю Алексеевичу Бранчукову, мне кажется, что он родился с молотком в руках.
И вот все на своих местах, готов ужин, обсуждаются планы и меню на завтра. Мужчины на завтра наметили нарезку веников для бани, а также полны решимости порыбачить, а это значит, что есть вероятность попробовать знаменитую уху от Виктора Ивановича. Говорят, ей нет равных…
Завтра выдается еще теплым и солнечным, но уже поднимается ветер, и это может означать перемену погоды. Впрочем, ветер – ветром, но помывку в Нерли никто не отменял. Надо сказать, что это очень экстремальная, хоть и бодрящая процедура. Особенно для меня, понимающей, что в метре от берега глубина больше двух метров. Зато ни с чем не сравнить то чувство приятного расслабления и неги, особенно, если в руках оказывается кружка с ароматным чаем. Вообще, походные чаепития – это удивительный процесс. Люди вспоминают старые истории, Виктор Иванович Никитин, Николай Иванович Гореликов и Александр Евгеньевич Богданов побывали в разных походах, где только ни сплавлялись – им есть, что рассказать. По-доброму они вспоминают студентов, которых брали с собой в походы: для мальчишек это была хорошая школа жизни!
…Следующие два дня стоянки становятся настоящим испытанием для нашего навеса – нас самих уже ничем не возьмешь! Начинаются дожди. Опытные Виктор Иванович и Александр Евгеньевич, которым выпало дежурить в самый дождевой день, нисколько от этого не смущаются, а, наоборот, кормят нас очень вкусными блюдами, в том числе и ухой, благо в дождь рыба теряет всякую бдительность. Уха получается просто отменная. Виктор Иванович режиссирует блюдо как Спиваков – «Виртуозами Москвы». В качестве виртуозов выступаем мы, женщины: Вера Сергеевна, Таня, Наталья Бранчукова и я. Кто-то исполняет партию картошки, кто-то управляется с морковкой, кто-то с луком, а кто-то в темпе вальса (дождь все-таки) рубит зелень. Результат превосходит все ожидания!
…На последний день стоянки выпадает наше дежурство, и мой муж будет готовить суп-солянку. Когда-то он приготовил ее в таком походе впервые, получил огромное одобрение, и теперь приготовление солянки в походе считает делом чести. Ради этого с собой берутся маслины, оливки, соленые огурцы, лимоны и томатная паста. А копченой колбасы и тушенки в походе всегда немерено. Слава Богу, к обеду дождь стих, и к запахам свежести примешивается аромат пережарки. Он такой потрясающий, что, наверняка, слюной изошли и жители деревни Новая, и толстые бобры, нагло подтачивающие прибрежные деревья, и даже маленькие уклейки, недоловленные Александром Богдановым.
Вы бы видели, какой этот суп получился красивый – с плавающими под жирной томатно-масляной пленочкой кусочками колбаски, маслинками, оливками и лимончиками… А какой вкусный! Вряд ли какой знаменитый ресторан способен подать своим гостям такое блюдо!
А наша радость от вкусной солянки переходит в грусть – наступает последний вечер в лагере. Не хочется, но приходится обсуждать завтрашний распорядок дня. Потихоньку начинается сбор и укладка вещей. Александр Евгеньевич с горя уходит на болото и возвращается с целым литром черники. За ужином произносятся очень важные слова о том, почему люди приходят сюда, почему, несмотря на свои «под шестьдесят» каждый год они садятся на весла и становятся частью красивой, вечной природы. Вера Сергеевна, дабы внести нотку юмора, рассказывает, как в одном из походов им встретилась молодая пара, путешествующая на байдарки с привязанной сзади «ватрушкой», в которой сидела дряхленькая бабушка. На вопрос, что сие означает, пара невозмутимо ответила: «А готовить кто будет?» «Может, и нас так когда-нибудь повезут?» — вздохнула Вера Сергеевна, но на нее замахали руками! Каждый в группе Никитина еще много лет сможет дать фору молодежи. Вспомнить хотя бы то злополучное дерево в Лучках…

Возвращение

Погода, как нарочно, наладилась. Жарко и солнечно. А у нас – сборы и отъезд. Уборка стоянки – дело непременное, к нему все подходят ответственно. Грести сегодня приходится против течения – мы возвращаемся к мосту, куда за нами придет автобус. Идем по левому берегу. Под водой вдруг вижу те самые белые лилии, которые обычно плавают на поверхности. Они все равно расцвели, хоть радуют только подводную фауну.
У моста видим, как здорово поднималась вода за эти три дня. Она явно шла верхом – об этом свидетельствует предусмотрительно прибитая здесь палка с сантиметровыми отметками, а также забитые травой и корягами балки с одной и другой сторон моста. Мужчины начинают разборку байдарок, а женщинам только и остается, что сесть, свесив ножки, и грызть семечки, разглядывая кучи ряски, травы и палок, прибившихся к мосту. И тут Вера Сергеевна, очевидно, вспомнив, что идет Год экологии, надумывает расчищать этот мусор. Палкой отодвигает эти кучи от моста до тех пор, пока течение их не подхватывает и не уносит с глаз долой. От нечего делать к ней присоединяются и другие женщины, а потом и мужчины, собравшие байдарки. «Ничего более дурацкого в жизни не делал, — ворчит, перебирая ряску Александр Богданов, — но ведь как захватывает!» Я говорю Вере Сергеевне, что ей надо присвоить звание почетного гражданина деревни Новая. Смех смехом, а с одной стороны мост мы практически очистили. Жаль, фотоаппарат я уже упаковала и не засняла этот исторический момент!
А вот и автобус. Загружаем в салон байдарки и вещи, а еще веники, заготовленные мужчинами, – аромат чистого леса над Нерлью сопутствует нам всю дорогу. «Ну, не пожалела, что пошла с нами?» — спрашивает Виктор Иванович.
Конечно, не пожалела. Ни когда снимала трусы под ливнем с грозой, ни когда чуть не поцеловалась с гадюкой, ни когда дома потом разглядывала свой напрочь сгоревший нос и «украшенные» синяками ноги.
Спасибо Вам, Виктор Иванович, спасибо вам, друзья. Спасибо тебе, вечная, быстрая Нерль, за то, что позволила оставить в тебе мое отражение – мимолетное как вся наша жизнь…

  • Джек
  • Виктор Иванович Никитин
  • Совет на Нерли
  • Пришли!
  • Плотина в июле 2017
  • Плотина в июле в прошлые года
  • Так выглядел мост несколько лет назад
  • Мост в этом году по высокой воде
  • Рыба в фольге по-нерлински
Понравился материал? Поделись с друзьями!