Открытое письмо прокурору Владимирской области


Открытое письмо прокурору Владимирской области Игорю Станиславовичу Пантюшину, старшему инспектору лесной промышленности Сергею Владимировичу Сазанову, директору ГКУ ВО «Кольчугинское лесничество» Николаю Александровичу Судакову на статью в газете «Кольчугинские новости» от 22.07.202 года.

Это еще один «экологический мракобес», который склонен преувеличивать последствия вырубки леса и никакую партию при этом порочить не собирается, так как сам беспартийный и до партий ему нет никакого дела. И не претендует он на часть вывезенного, так как у него уже всё есть, даже года – моё богатство.
Откуда же во мне столько мракобесия?
А только потому, что я всю жизнь прожила в деревне. И оба деда были столыпинские крестьяне. Да оказались дураки: за свою любовь к земле и трудолюбие попали в кулаки. Им некогда было спать на подушке – только на кулаке и спали, а надо было на подушке и подольше, и попали бы в председатели колхоза.

А я и родилась в борозде, для меня земля – матушка-кормилица. Я всю жизнь только ею и выживала. Поэтому мне так и больно смотреть, как над ней издеваются. Вот мне скажи, что завтра будет конец света, а я сегодня буду сажать – пусть растет и радует других.
Ведь простой-то люд только землей и выживал: ему то раскулачивание, то Беломорканал, то горячая, то холодная война, то денежная реформа, то кукуруза, то перестройка, то дефолт, то кризис, то химизация и, наконец, коронавирус. (А оффшоры все работают и работают, им и вирус нипочем).

А еще я помню, как вручную вырубали лес, когда пенек оставался сантиметров в 20, чтобы лошадь могла проехать по вырубке и с телегой, и с санями, а оставшиеся сучки я сама ходила сгребать граблями. Это были 60-е годы. Через год вырубка была красной от земляники, а на второй год по краям была малина, которую собирали ведрами, а на месте костра расцветал ярко-розовый Иван-чай, которым еще при царе поили всю Европу. А потом быстренько просыпались спящие почки, и вырастал такой же смешанный лес.
А поляны лесные были похожи на клумбы с цветами, а сырые были голубыми от незабудок. Поляны не зарастали лесом, так как каждое лето выкашивались и не раньше 12 июля (Петров день), чтобы трава дала подпушку и сбросила семена.

А по лесу пасли стада, как совхозные, так и частные. А так как лесная трава малокалорийная, то ее съедалось много.
А сколько было грибов! Мы знали только боровик, подберезовик и сыроежку, а все остальные были поганки. А набирали кто сколько унесёт.
Без леса никак было нельзя: это и маленькие домишки, и телеги, и сани, и вся домашняя утварь: ложки, миски, ведра, кадки, лапти, колодцы, рогожки, детски игрушки, орехи, ну и дрова.
Печки топили и летом. И не только в деревне, но и в городе было печное отопление. Сейчас и на «Каменке» многие печи не сломали. Так что с лесом до 70-х годов были на «Вы».

В 70-е годы в лес пришла сильная техника, а ум-то оказался слабее техники. Непривычно было смотреть: это пни по 70 сантиметров, ямы по 80 сантиметров, не спиленные вековые деревья в два обхвата – видно оказавшиеся не под силу технике. Какая уборка сучков – туда не войдешь! Даже лоси (а тогда они еще были) подходили только к краю вырубки, объедали молодой осинник, который превращался в колючий кустарник. Лес-то был смешанный, а вот почему пошел один осинник?
Наверное, верхний плодородный слой был настолько изуродован, что только осина и выжила.

Зато в это время появилась мебель из опилок и заборы из отлеток. Дома стали строить из кирпича, а лес шел на перекрытия, окна, двери. Из елки делали штапель – девочкам на платья, а мальчикам на рубашки. Ну, а сейчас, по Вашим словам, Николай Александрович, лес нужен только для фанеры. И никакой первосортный лес-кругляк не вывозится – нет такого леса в нашем районе, а в том, что есть, мало кто заинтересован.
Есть, Николай Александрович, и лес, и заинтересованные. Какой лес спилили между Огибкой и Забелином? А рядом с Новоселкой начали пилить вековую сосновую посадку.

Только что после себя оставили? Там вся делянка – вал. Даже комли не уместились на делянке, вывезли их и раскидали по опушке. Но от такого сосняка трудно оторваться, стали вытаскивать сосны на опушку, чистить и сучки складывать в кучи. И это рядом с деревней, а что подальше? Сами же говорите, что, когда дерево сгнивает, оно забирает столько же кислорода, сколько выделило при жизни. Долго таким завалам надо гнить – много им надо кислорода. А ведь сосна-то кое-где расти не будет – ей нужен песок, а у нас в районе мало песчаной почвы.
А то елочки сажаете (если сажаете). Для кого? Для короедов? А вывозите сосну. Везете зимой и летом, днем и ночью. Такое впечатление, что жить вам осталось два понедельника, и надо успеть все вывезти.

Говорите, что основной источник кислорода на планете – это фитопланктон в мировом океане, а не лес. Да по всем планктонам еще с 60-х до 90-х годов так шандарахнули, испытывая атомные бомбы на воде и под водой, что до сих пор рыба дороже мяса.
По океанам плавают острова пластикового мусора и губят рыбу.
А нам до океана далеко, давайте дышать лесом. Уже весь подлесок сгорел: орешник, рябина, черемуха, папоротник, малина, земляника, грибы. Пропали муравьи, а, оказывается, они главные санитары леса. Нельзя в нашем районе лес рубить, ему нужна только санитарная рубка и посадка нового (если будет расти).

В городе-то старые деревья погибают, а молодые не приживаются. Белые березы, коричневые липы, зеленые тополя: все стали одного цвета – черные. На площади Ленина догорают голубые ели. Два раза подсаживали их. А где они? По улице III Интернационала два раза подсаживали липы, и их нет. С 2014 года по 2019 года в городе не цвели липы, а осенью не было ни одного желтого листочка – все сгорало летом. А вот в 2019 году липа цвела, и осенью были желтые листья. А вот сегодня, в 2020 году, опять не цвела липа, правда, кое-где есть липовые и березовые желтые листочки. Деревья-то умирают, спасая нас. Врачи писали-писали о большой заболеваемости детей и писать перестали – результат нулевой. Никак не поймем, что здоровый нищий богаче больного короля. Первый источник заболеваний – металлургическое производство, которое дает рабочие места. А ему надо много кислорода.

Так что, хозяева земли русской, может прекратить рубку-то в нашем районе?
В январе 2020 года с острыми инфекционными заболеваниями верхних дыхательных путей обратилось 2330 человек, в том числе 1850 детей, а в феврале – 3228 человека, в том числе 2653 ребенка, 47 человек с внебольничной пневмонией, 3 случая туберкулеза. Больше Донских перестал давать сводки, видно, всех вылечили.
А вы в 2015 году лес отдали в аренду ЗАО «Муром» на 49 лет. Да уж добрую половину вывезли и хламу оставили гнить на 49 лет. Так хозяева не поступают, так поступают временщики-потребители.
А лесоперерабатывающие предприятия района, которых так немного осталось, закупают лес в Ярославской, Московской, Рязанской областях. Да и на дрова лес купить проблема. Это что за безумие?

Природу можно уничтожить, а вот обмануть – никогда.
Одни говорят, что природа нам мстит. Да не мстит она нам, она не справляется с человеческой алчностью. Берем у нее больше, чем она может дать. А закон бумеранга еще никто не отменял.
Недавно ученые показали чернобыльскую зону отчуждения (1986г.). Там восстановилась вся флора и фауна. Летают пчелы, бегают олени, пасутся стада лошадей, растут грибы, а в Припяти рыбу можно будет скоро ловить руками. И никакой мутации нет. И шутят: «Чтобы восстановить природу, ее надо так отравить, чтобы человек сам из нее ушел, а она сама и очень быстро восстановится». А человек не даст поднять ей голову, ему все мало. Только с радиацией придется природе не один век бороться. А весной 2020 года подожгли лес. Так вместо того, чтобы бежать как на пожар, начали пререкаться – кому его тушить. Опять человеческий фактор.

В деревне уже птичек нет. В 2019 году прилетели скворцы, походили по пустым грядкам денек и улетели, недели через две прилетели ласточки, а эти и дня не прожили, комаров уже два года нет, хотя рядом болото и река. А в них не только рыба, но и лягушек нет. Не прилетают и зерноядные птицы. Поля-то не засеваются зерном, а весной нет червяка. Года три не слыхать кукушки. Спасибо работникам ЖКХ – у мусорных ящиков живут голуби и галки, а на свалке подкармливаются вороны и грачи. Отняли у птицы воздух, у рыбы – воду, у зверя – лес, а у человека Родину.
Надоело гордиться самой большой и богатой страной в мире, хотелось бы в ней немного пожить.
Идет борьба: природа нас или мы ее уничтожим.  Мы не можем ждать милости от природы после того, что мы с ней сделали. Природа полным ходом пошла на то, чтобы уменьшить человечество на земле. Это и неизлечимые болезни (рак, ВИЧ), и бесплодность – как женская, так и мужская, и вирусы. А самое страшное – это дети-инвалиды. Они-то уж точно природе не навредят, а дадут рабочие места. У каждого инвалида – опекун. Да и в детском доме инвалидов обслуги столько, сколько детей.

Давайте подойдем к лесу по-хозяйски. Нас без леса ветер сдует!
Ведь обещали капитализм с человеческим лицом, а он оказался со звериным оскалом.
Николай Александрович, и как вы сумели поднять такую помощь поселку Раздолье? Радикулит не хватил?

И.Б. Гогоненкова

Понравился материал? Поделись с друзьями!