Взгляд из окна


В сентябре кольчугинцы выбрали депутатов Совета народных депутатов города Кольчугино шестого созыва. Состав Совета значительно обновился, в законодательной власти города Кольчугино появилось много новых лиц. Среди них – Алексей Корешков, победивший на избирательном участке №16. Мы встретились с Алексеем, чтобы поговорить о роли депутата, о решении городских проблем и, конечно, о будущем России…

— Алексей, для начала расскажите о себе.

— Родился в Кольчугине, учился до девятого класса в школе на Белой Речке, а затем перешел в школу №6 — профильный информатико-экономический класс. Поступил во Владимирский Государственный университет, на факультет информатики и прикладной математики. Около десяти лет преподавал информатику в школе №2 и в школе в селе Ельцино. Готовил ребят по своему предмету к поступлению в вузы, кстати, успешно – все мои выпускники поступили в престижные вузы Москвы на бюджет. Ну, а параллельно занимался и другой работой – например, видеосъемкой. В свое время этим нас заразил в Белореченской школе руководитель дискоклуба «Ритм» Александр Валентинович Трошин. В 90-е годы зарплата педагогов была маленькая, ее задерживали по несколько месяцев, приходилось подрабатывать на праздниках, корпоративах, а мы, дети, помогали и заодно многому учились. А еще и помогали своим семьям выжить.

— Так, видимо, этот бизнес и перевесил карьеру педагога?

— Часов у меня в школе всегда было немного, за зарплатой я особо и не гнался и даже порой забывал ее получать. Больше, наверное, социальную миссию выполнял… Но, действительно, перешел в бизнес – оформил ИП в 2007 году и стал заниматься развитием интернета на Белой Речке. Сейчас тем же самым занимаюсь, только уже по всему городу и району. Плюс еще и видеонаблюдением. Делаем масштабные проекты на предприятиях области, Подмосковья, а также в больших дачных и коттеджных поселках. А видеосъемку забросил – в связи с падением рубля в 2014 году, профессиональное видеооборудование очень взлетело в цене и стало практически неокупаемым на выручку от видеосъемок. Уровень жизни населения, наоборот, упал. Оплачивать профессиональную видеосъемку многим стало не по карману.

— Поскольку я видела ваши работы, могу сделать комплимент: в видеосъемке вам точно не было равных – и в профессиональном подходе, и в художественном исполнении. Ну, а переходя к сегодняшним реалиям, появилось новое поприще, на котором вам тоже предстоит показать свои способности. Я имею в виду депутатскую деятельность. Почему вы приняли решение пойти в городской Совет?

— Мне кажется, что это правильно.

— А вы задумывались, что большинство в этом составе – члены одной партии, команду, в которую вы не входите, и вам все равно одному там ничего не сделать?

— Я знаю, что через Совет ничего сделать нельзя. Но когда у тебя есть статус депутата, а у нас люди любят жить по преданию, а рассуждать по авторитету, к тебе уже прислушиваются в разных кабинетах.

— И вы уже почувствовали, что к вам прислушиваются?

— Да, прислушиваются. Что касается заседаний Совета, то я, конечно, не буду там отсыпаться или отмалчиваться, если какой-то вопрос возникнет и меня зацепит, я буду отстаивать свое мнение. Но надо понимать, что на Совете закрепляется то, о чем уже договорились вне Совета. Поэтому влиять на эти решения надо до Совета. А выступать на заседании с пламенными речами – это пиар и сотрясение воздуха. Ничего от этого не решится.

— Алексей, на ваш взгляд, что сегодня не хватает нашему городу для того, чтобы он стал сказкой? Денег? Хорошей команды управленцев?

— И денег, и команды. Вот, например, у нас куча дорог по частному сектору – и они почти все у нас – ничьи. И поэтому их никто не ремонтирует. Фактически, это даже не дороги, а муниципальная земля. Но через местную администрацию этот вопрос никак не решить, здесь может помочь только вышестоящий бюджет.

— Каким образом?

— Я пытаюсь понять, каким. Разбираюсь в этом вопросе.

— Но ведь у вас нет такого мощного ресурса за спиной, как команда «Единой России»! Вы – член партии ЛДПР, ваш однопартиец Владимир Сипягин ушел с поста губернатора в Госдуму. Или вы планируете продвигать вопросы через него и других депутатов Госдумы от ЛДПР?

— Возможно. Что касается Владимира Сипягина, то он сейчас отвечает никак не за дороги, а возглавляет комитет по образованию, как раз за ним закреплены сегодня четыре области, в том числе и наша.

— Образование – тоже важный вопрос. И вот вам, Алексей, еще один комплимент за недавний пост о ситуации с руководителем нашего управления образования. К сожалению, многие коллеги Владимира Николаевича Дергунова в этой ситуации смалодушничали. И это тем обиднее, потому что люди от образования, наоборот, должны учить своих учеников так не делать. Нецелевое расходование денег – это конечно, плохо, но подобные ошибки в стратегической сфере образования – вообще катастрофа.

— Вопрос денег – десятый. Если мы начинаем сдавать свои позиции на самом главном – воспитании будущего поколения, которое будет отвечать за нашу страну, если мы позволяем совершать такие идеологические диверсии, то чего потом удивляться, когда наша страна опять развалится? И кого потом в этом обвинят? Главу государства! Но эту дичь творят наши местные власти!

— Алексей, вы периодически поднимаете в соцсетях какие-то важные темы, как оцениваете реакцию кольчугинцев?

— Народ у нас очень пассивный. Надо, чтобы люди голову включали, а для этого надо самообразовываться. Больше читать. Если мы сейчас не научимся разбираться в политических вопросах, в опросах управления государством, управления своей жизни, то у нашей страны будущего не будет. Сейчас идет война за умы. Если вторая мировая война была за территории и ресурсы, то сейчас воюют за умы людей. Это и есть третья мировая война.

— Вы сами много читаете?

— Сейчас больше научной литературы, причем, на английском языке. В 2012-2014 годах закончил школу английского языка Американский дом во Владимире, где очень неплохо подтянул язык. А сейчас учусь на политолога в магистратуре Института мировых цивилизаций в Москве на факультете международных отношений и геополитики, кафедра политических процессов, технологий и пропаганды. Очень нравится. Нравятся профессоры, их бескомпромиссная требовательность, патриотизм и программа. Она – фактически та же, что и в МГИМО на этой же специальности. Профессоры из старого доброго РАНХиГС и того же МГИМО с реальным опытом работы в системе госуправления.

— А как научить людей думать и читать?

— Прежде всего, надо научиться ориентироваться в потоке бесконечной информации, улавливать суть. А суть в том, что любое распространение информации – это управление обществом и процессами, происходящими в нем. Людам нужно научиться разбираться, зачем нужна та или иная информация, какую цель преследуют люди или организации, распространяющие и выпускающие ее, и что это за люди или организации. И учить этому надо со школы. Например, ввести специальный курс – в рамках обществознания и объяснять детям, какие есть способы управления обществом, какие типы власти есть, кроме тех, которые мы изучаем на обществознании. Я даже подумываю о том, чтобы пройти по школам с каким-то курсом лекций… А еще я думаю о том, что многие из людей, которые сегодня управляют государством, не должны там работать – по своему типу мышления, типу личности.

— А что мы с этим можем сделать?

— На государственном уровне – придумать систему тестирования. То есть мировоззрение чиновника должно тоже относиться к его профессиональным компетенциям. Мировоззрение правильное – значит, соответствуешь своей должности. А если неправильное, нацеленное на наживу и решение своих проблем – фактически на разрушение государства, значит, человек не может занимать эту должность.

— Вы думаете, они согласятся на это тестирование?

— Нет. Это должно быть в числе обязательного набора профессиональных компетенций. Мы же не ставим человека с улицы пилотом самолета. Мы же не голосуем, кто у нас будет пилотом самолета, и не возьмем пилотом человека, который не умеет управлять самолетом! А почему в госуправлении мы так делаем? Сейчас главная проблема, которая является основой всех остальных проблем – в городе, в области, в стране – это проблема нравственности. Если у нас управленческие кадры безнравственны, то ничего у нас не получится. То есть нравственность должна являться основной профессиональной компетенцией.

— А кто должен оценивать результаты такого тестирования, по-вашему?

— Машина. Только машина беспристрастна. Я думаю, что с человеческими пороками трудно бороться. Пороки остались теми же, что и во времена Ветхого завета. Общество, наука и технологии развиваются, а пороки остаются прежними. Лет через 10-15-20 мы придем к тому, что большая часть функций государственного управления у нас перейдет к информационным системам. Потому что человеку доверять невозможно.

— Алексей, ну вы же имеете профильное образование, давайте, разработайте такую систему тестирования, прогоним всех наших местных чиновников и заживем!

— На самом деле, начать надо с простого – работать с тем, что мы имеем. То есть отбирать управленческие кадры по наличию высокой нравственности.

— К сожалению, городской депутатский корпус никак не влияет на этот процесс. И формирование команды – исключительно компетенция главы администрации.

— Все проблемы из-за отсутствия нравственности: коррупция, нарушение законов, кумовство, воровство… Все законами не опишешь и не отрегулируешь. Нужно просто воспитывать людей с высокими нравственными качествами. Потому что нравственный человек будет заинтересован в качестве своего управления, он всегда будет совершенствоваться, учиться, соотносить свои решения с совестью. Назначать на должности людей в соответствии с их компетенцией, набирать в команду профессионалов в своей сфере, а не по принципу: удобен – не удобен, ручной – не ручной. А если он безнравственный, то он скажет: «Я ж король! Зачем мне учиться? Я сам знаю, как нужно. Поставлю везде своих людей, которые не перечат, и везде у меня будет видимость порядка». Вот именно, что видимость, но не порядок. Как говориться: лучше с умным проиграть, чем с дураком выиграть. Но далеко не все это понимают.
И если ничего не изменить, то наше управление рано или поздно придет в тупик. Это путь приведет к кризису. И опять все вопросы будут к главе государства: Путин, приди, пришли Росгвардию, разгони народ дубинками. Мы накосячили, а разгребай ты.

— Мы все говорим об управлении, об исполнительной власти, а что власть законодательная? Политическая система не в тупике?

— Я вообще считаю, что партийная система в нашей стране себя изжила. Пусть избираются люди, но вообще без партий. На самом деле, элитам все сложнее и сложнее управлять обществом, когда информация распространяется молниеносно. Она генерируется неопределённым кругом лиц, которых невозможно контролировать. Управление – процесс информационный. Распространение информации есть суть управления. Одного заткнули, появились десятки других, и так далее в геометрической прогрессии. Если раньше можно было просто отдать приказ – и всё, исполняем. А сейчас люди между собой связаны, есть сообщества, мессенджеры, соцсети, все вопросы обсуждаются, любую информацию можно перепроверить. И люди, которые пытаются принимать решения кулуарно, сегодня так просто это сделать не могут. Обществом управлять стало намного сложнее – и это хорошо. Потому что, когда люди обретают знания, они перестают быть управляемыми. И для них это проблема – чем больше будет распространяться информация, тем сложнее им будет продвигать свои необдуманные решения. И для них власть станет вождением автомобиля без рулевых тяг: вроде бы рулем крутят, а машина не управляется. Надо понимать, что такое власть. Власть – это реализуемая на практике способность управлять, а не должность. Реализуешь ты эту способность на практике – значит, у тебя есть власть.

— Остается только пожелать вновь избранному депутату реализовать на практике возможности законодательной власти. И задать наш традиционный вопрос: о чем вы думаете, глядя из окна дома или офиса на свой родной город?

— Мне нравится мой город. И, конечно, я понимаю: надо многое сделать, чтобы он стал лучше. Я буду стараться…

Понравился материал? Поделись с друзьями!